Дайджест № 610 сентября 2026 г.12 мин. чтения

Описание против формулы, 826 тысяч долларов за небрежный поиск и четыре методики на один коэффициент

Дайджест патентной аналитики №6: Расширенная коллегия ЕПВ в решении G 1/25 переписала правила приведения описания в соответствие с формулой; CAFC подтвердил взыскание издержек за небрежное досудебное исследование; ВОИС опубликовала рейтинг ста инновационных кластеров — Китай 25, США 20; разбираем обещанное — кто и по какой методике определяет уровень готовности технологии в России; Минюст США встал на сторону OpenAI в споре об обучении моделей.

Павел Герман
патентный поверенный РФ №1722, генеральный директор АИС «ИНТЭЛС»

Интро

Неделя получилась редкой: три из пяти сюжетов — про то, сколько стоит плохо сделанное исследование. В Мюнхене Расширенная коллегия ЕПВ объяснила, когда описание обязано соответствовать формуле, и попутно превратила каждую правку описания в улику. В Вашингтоне Федеральный окружной апелляционный суд оставил в силе взыскание издержек с истца, который подал иск, не убедившись, что обвиняемый компонент вообще продаётся. А в России, если разбираться с новым постановлением о вознаграждении за служебные РИД, выясняется, что коэффициент, определяющий размер выплаты, считается минимум по четырём разным методикам с разными шкалами.

Последний сюжет — тот самый долг, который мы обещали закрыть. В прошлом выпуске мы разбирали Постановление Правительства № 654 и сказали, что вернёмся с ответом на вопрос, кто и как в российской практике определяет уровень готовности технологии. Ответ — в Блоке 4, и он оказался неудобнее, чем мы предполагали.

Заодно уточняем прошлый выпуск, не откладывая. Расхождение по сроку первичной выплаты вознаграждения (два месяца или три) остаётся открытым: новый разбор, вышедший на этой неделе в поле нашего мониторинга, срок выплаты вообще не называет (MV.Legal, 24 августа). И отдельное предупреждение всем, кто будет искать текст Правил самостоятельно: в поисковой выдаче на верхних позициях уверенно держится страница КонсультантПлюс со старой редакцией Правил — той, где вознаграждение считается как «30 процентов средней заработной платы», а срок при неполучении патента равен 18 месяцам (КонсультантПлюс). Это документ, утративший силу 1 сентября. Проверяйте реквизиты, прежде чем нести цифры в регламент.

О «Битве титанов. Часть 3» мы, как и обещали, в анонсах не пишем. Выйдет — увидите.

Блок 1. ЕПВ определил, когда описание обязано соответствовать формуле

Что произошло. 3 сентября 2026 года Расширенная коллегия апелляционных инстанций Европейского патентного ведомства вынесла решение по делу G 1/25 — о том, требует ли ЕПК приведения описания в соответствие с изменённой формулой изобретения (The IPKat, 3 сентября; Forresters).

Что решено. Коротко — по трём вопросам:

Обязательно ли править описание? Да, но только там, где несоответствие приводит к нарушению конкретного положения ЕПК.
Каково правовое основание? То самое положение, которому текст перестаёт соответствовать: статьи 52–57, 76(1), 83, 84, 123(2) или 123(3).
Различаются ли экспертиза и оппозиция? Нет, принципы одни и те же.

Ключевое определение: несоответствие имеется там, где утверждения описания указывают на значение формулы, несовместимое с её очевидным значением, и эта несовместимость не снимается применением принципов G 1/24, оставляя специалиста в состоянии «реального сомнения» (real doubt) относительно значения формулы. Требование «формального единообразия» текста как самостоятельное основание для правки отменено: «несоответствие, которое не влечёт нарушения ЕПК, устранять не нужно» (Forresters).

Почему первая реакция «победа заявителя» была преждевременной. Разбор, вышедший 8 сентября, показывает обратную сторону (The IPKat). Раз описание и чертежи всегда привлекаются к толкованию формулы, то удаление из описания сужающего определения объективно расширяет объём выданной формулы — и попадает под запрет статьи 123(3), а внесение нового текста под запрет статьи 123(2). Возникает то, что автор называет неизбежной ловушкой добавленного материала. Плюс два практических следствия: любая правка описания становится материалом для оппонента, а история делопроизводства — доказательством объёма притязаний, в том числе за пределами Европы. Термины «основание» и «несоответствие» решение не определяет; часть вопросов уходит в ожидающее рассмотрения дело G 1/26.

Что это значит для патентных исследований. Прямо и немедленно.

Первое: описание перестало быть фоном. Если толкование формулы всегда опирается на описание, то анализ противопоставленного документа без чтения описания больше не является анализом. Это касается и оценки патентной чистоты, и подбора уровня техники: объём чужого притязания теперь надёжнее оценивается по паре «формула + описание», чем по формуле.

Второе: история делопроизводства получила аналитическую ценность. Раз правки описания цитируются как свидетельство объёма притязаний, то файл делопроизводства европейской заявки становится источником, который в отчёте о патентной ситуации приходится смотреть, а не упоминать. Заметим при этом, что автоматизированные системы поиска ранжируют документы по формулам и рефератам; правки описания в машинный сигнал не попадают вовсе.

Наш комментарий. Мы бы поостереглись читать G 1/25 как облегчение. Экзаменатор, лишённый права требовать правку «для порядка», вероятнее всего начнёт указывать, какое именно положение ЕПК нарушено, — и спор просто сместится с вопроса «надо ли править» на вопрос «нарушает ли». Практическая нагрузка на представителя от этого не уменьшится, а вот цена ошибки в формулировке правки выросла, потому что теперь эта формулировка живёт в деле навсегда. Это мнение редакции.

Блок 2. 826 654 доллара: суд оценил небрежное досудебное исследование

Что произошло. 8 сентября 2026 года Федеральный окружной апелляционный суд США (CAFC) оставил в силе взыскание расходов на представителей по делу Viavi Solutions Inc. v. Platinum Optics Technology Inc., № 2025-1362 (решение непрецедентное) (текст решения, CAFC; IPWatchdog).

Фактура. Viavi предъявила в августе 2020 года четыре патента на оптические фильтры с малым угловым сдвигом для трёхмерного сенсинга — US 9 354 369, US 9 588 269, US 10 222 526 и US 9 945 995. Обвинялась одна модель фильтра — 11246 — в составе мобильных телефонов. В сентябре 2020 года ответчик приложил к ходатайству декларацию Ву: фильтр 11246 после 1 мая 2020 года не производился и не поставлялся. Viavi декларацию не оспорила, декларанта не допросила, целевого раскрытия по этому вопросу не запросила — и продолжила держать фильтр в притязаниях, попутно подыскивая другой. Ходатайство о дополнении притязаний фильтром № 25 было отклонено, 2 мая 2023 года истец отказался от иска с невозможностью повторного предъявления.

Суд первой инстанции признал дело «исключительным» по 35 U.S.C. § 285, назвав в числе оснований недостаточность досудебного исследования: устройства с обвиняемым компонентом свободно продавались в рознице, но Viavi их не приобрела и не исследовала, опираясь на «корпоративную разведку». Издержки присуждены начиная с 20 января 2021 года — даты представления декларации Ву. Ответчик просил 826 654 доллара; ходатайство удовлетворено частично, итоговая сумма в решении не названа.

Расхождение в акцентах — фиксируем. Два разбора одного и того же решения расставляют акценты по-разному. IPWatchdog выносит в заголовок именно дефект досудебного исследования. Patently-O, наоборот, подчёркивает, что суд оценивал прежде всего поведение после подачи иска, и приводит образ из решения: раскрытие доказательств не может быть «бесконечным поиском» претензии, которую истец ещё не сформулировал (Patently-O). Текст решения примиряет обе версии: там прямо сказано, что «отсутствие у Viavi должной осмотрительности при досудебном исследовании склоняло к выводу об исключительности дела», но точкой отсчёта издержек стал момент, когда истец получил опровергающее доказательство и не отреагировал.

Почему это важно. Мы привыкли считать, что качество патентного исследования оценивает заказчик. Здесь его оценил суд и выразил оценку в деньгах.

Обратите внимание на состав претензии. Истца упрекнули не в том, что он неправильно прочитал формулу, и не в том, что пропустил документ. Его упрекнули в выборе источника: он опирался на сведения из вторых рук там, где обвиняемый продукт можно было купить в магазине и разобрать. Это ровно та подмена, которая в патентных исследованиях случается постоянно, — когда вывод о фактическом использовании делается по базам, каталогам и пресс-релизам, а не по изделию.

Что это значит для практики. Для отчёта об исследовании патентной чистоты отсюда следуют две вещи, обе скучные и обе выполнимые.

Первая: зафиксируйте в отчёте, что именно исследовалось — документ, описание продукта или сам продукт. Три разных класса доказательств, и они не взаимозаменяемы. Если объект доступен для приобретения и исследования, а исследовался только по описаниям, это ограничение должно быть названо в отчёте, а не подразумеваться.

Вторая: предусмотрите процедуру реакции на опровергающее доказательство. Стоимость ошибки в деле Viavi начала начисляться не с даты подачи иска, а с даты, когда истцу принесли документ, опровергающий его позицию, и он ничего не сделал. У исследования есть срок годности, и он истекает в момент появления новых данных.

Блок 3. Кластеры ВОИС: Китай 25, США 20 — и вопрос про Москву

Что произошло. 8 сентября 2026 года ВОИС опубликовала рейтинг ста ведущих научно-технологических кластеров мира — часть Глобального инновационного индекса 2026 (пресс-релиз PR/2026/958) (WIPO). Полная презентация индекса намечена на 29 сентября в Женеве — мы анонсировали эту дату в выпуске №4, и она не изменилась: рейтинг кластеров традиционно выходит раньше самого отчёта.

Цифры.

Первая пятёрка: Шэньчжэнь — Гонконг — Гуанчжоу, Токио — Иокогама, Сан-Хосе — Сан-Франциско, Сеул, Пекин.
Китай — 25 кластеров в сотне, США — 20, Германия — 7, Индия и Великобритания — по 4 (IPWatchdog).
По регионам: Юго-Восточная и Восточная Азия с Океанией — 36 кластеров, Европа — 30, Северная Америка — 23.
Каир (86-е место) — единственный представитель Африки; Сан-Паулу (49-е) и Мехико (82-е) ведут Латинскую Америку.
Лидер рейтинга за пять лет дал 2 259 заявок PCT, 4 060 научных публикаций и 138 венчурных сделок на миллион жителей (Правительство Гонконга, 8 сентября).
В шэньчжэньском кластере на одну компанию — Huawei — приходится свыше 31 000 заявок PCT, около 26% всего кластера (IPWatchdog).

Про Москву — честно. В пресс-релизе ВОИС Россия и Москва не упоминаются. В рейтинге 2025 года Москва занимала 48-е место и была единственным российским кластером в сотне (WIPO, GII 2025). Полный список ста кластеров за 2026 год нашему инструменту сбора на дату выпуска не открылся, поэтому утверждать, что Москва выбыла из сотни, мы не имеем оснований — равно как и что осталась. Вернёмся к этому после 29 сентября, когда выйдет полный отчёт.

Методологическая оговорка, которая важнее рейтинга. Кластеры считаются по трём показателям: адресам изобретателей в заявках PCT, аффилиациям авторов научных публикаций и географии венчурных сделок. Все три — измеримые машиной, все три завязаны на международную инфраструктуру.

Для российского аналитика отсюда следует прямое ограничение применимости. Заявки PCT от российских заявителей после 2022 года пошли по другим каналам — мы разбирали в прошлом выпуске рост подачи через Евразийское ведомство на 59,2% с 2020 года. Венчурные сделки в российской юрисдикции в международную статистику попадают плохо. То есть падение или отсутствие российского кластера в этом рейтинге измеряло бы в первую очередь не изобретательскую активность, а встроенность в те три канала, по которым ВОИС считает.

Наш комментарий. Соотношение 25:20 будет процитировано в сотнях материалов как счёт в технологическом соревновании. Мы бы обратили внимание на другую цифру из того же релиза: четверть заявок кластера-лидера подаёт одна компания. Кластер, где 26% международных заявок приходится на единственного заявителя, по методике неотличим от кластера с распределённой инновационной средой той же суммарной мощности — а это два совершенно разных объекта с разной устойчивостью. Ровно та же претензия, которую мы предъявляли к количественным патентным ландшафтам в выпуске №4: показатель считает объём и не видит структуру. Это мнение редакции.

Блок 4. Кто в России определяет уровень готовности технологии: четыре методики на один коэффициент

Это обещанный разбор. Напомним постановку задачи. С 1 сентября 2026 года размер единовременного вознаграждения за служебное изобретение считается по формуле, где один из множителей — К_УГТ, коэффициент уровня готовности технологии, принимающий значения 0,3 / 0,7 / 1,5 / 3. Разница между нижним и верхним значением — десятикратная. Постановление № 654 при этом не называет методику, по которой уровень определяется. Мы пошли смотреть, что есть.

Что нашли. Как минимум четыре действующих источника, и они не совпадают.

1. Постановление Правительства РФ от 06.10.2025 № 1552 «О планировании технологической политики в Российской Федерации», вступило в силу 7 октября 2025 года. Этим документом утверждены сразу четыре методики: оценки уровней готовности технологий, уровней готовности производства, уровня рыночной готовности и коммерциализации высокотехнологичной продукции и готовности собственных линий разработки (ГАРАНТ; обзор ppt.ru). Разбор нового порядка выплат за служебные РИД ссылается на постановление № 1552 наряду с постановлением № 654 (MV.Legal). Прямой отсылки одного документа к другому мы в открытых источниках не нашли и потому связь между ними как установленную не подаём.

2. ГОСТ Р 58048-2017 «Трансфер технологий. Методические указания по оценке уровня зрелости технологий» — девять уровней, оценка через опросник из 87 вопросов. Именно на него ссылались мы сами в прошлом выпуске.

3. ГОСТ Р 71726-2024 «Трансфер технологий. Методические указания по оценке уровня готовности технологий (TRL)» — утверждён приказом Росстандарта от 08.11.2024 № 1622-ст, введён в действие 1 января 2025 года, разработан ТК 460 «Инновации» при НИЯУ МИФИ, девять уровней (ГАРАНТ). Существенное отличие от предшественника — требование к структуре отчёта о самооценке и унифицированный оценочный лист.

4. Приказ Минобрнауки России от 06.02.2023 № 107 — Порядок определения уровней готовности технологий и научно-технических результатов, соответствующих каждому уровню. Девять уровней, от формулирования фундаментальной концепции до серийного производства. Механизм принципиально иной: исполнитель работ проставляет уровни сам, через личный кабинет в единой государственной информационной системе учёта НИОКТР, а заказчик проверяет и при необходимости меняет статус (Контур.Норматив).

Про расхождение шкал. Оно есть и оно не косметическое. Действующая с 2017 года методика Минобрнауки для ФЦП, утверждённая приказом от 11.07.2017 № ГТ-57/14вн, описывает десять уровней — от 0 до 9, где уровень 0 отведён неориентированным фундаментальным исследованиям (rulaws.ru). Обе редакции ГОСТа и приказ № 107 используют шкалу 1–9. Сдвиг на единицу в районе нижних уровней — это ровно та зона, где коэффициент в формуле вознаграждения меняется с 0,3 на 0,7.

Цифры о цене вопроса. Рынок независимой оценки существует и имеет прайс. Одна из компаний, оказывающих услугу по ГОСТ Р 58048-2017 и ГОСТ Р 71726-2024, публикует условия открыто: срок — от двух недель при наличии самооценки, стоимость — от 150 000 рублей за независимую оценку и от 450 000 рублей за подтверждение уровней 5–6; на выходе отчёт с обоснованием, заполненный оценочный лист и опросник (RTM Group). Мы приводим одно предложение как иллюстрацию порядка цен, а не как обзор рынка.

Почему это важно. Сложите: множитель с десятикратным разбросом, четыре методики с несовпадающими шкалами, отсутствие в постановлении № 654 указания на конкретную методику и оценка, которую в самой распространённой конструкции проставляет сам исполнитель. Получается норма, где размер выплаты автору определяется документом, который выбирает и заполняет плательщик.

Это второй коэффициент из того же постановления, о котором приходится говорить одно и то же. В прошлом выпуске мы писали, что самая спорная величина — К_и, коэффициент использования, потому что объём использования оценивает работодатель. К_УГТ устроен так же, только вдобавок допускает выбор методики.

Что это значит для практики. Пока разъяснений нет, единственная защита — процедурная, и сделать её надо до первой выплаты, а не после первого спора.

Зафиксируйте методику во внутреннем документе. Не «уровень готовности технологии», а «уровень готовности технологии, определяемый по ГОСТ Р 71726-2024» либо по методике постановления № 1552 — с указанием редакции и шкалы.
Храните оценочный лист. ГОСТ Р 71726-2024 требует отчёта о самооценке установленной структуры; это единственный из четырёх источников, который сам задаёт форму доказательства.
Разведите роли. Если уровень проставляет тот же, кто платит, показывайте обоснование автору до выплаты, а не после.
Проверьте, не оценён ли уже уровень. Для работ, проходивших по государственным заказам, УГТ мог быть проставлен в ЕГИСУ НИОКТР — и заново его определять не надо, а расхождение с внутренней оценкой придётся объяснять.

Наш комментарий. Самое интересное здесь — не правовая коллизия, а то, кому в организации достанется эта работа. Определение уровня готовности требует читать техническую документацию, соотносить её с формализованными критериями и письменно обосновывать вывод, который стоит денег и может быть оспорен. Это описание работы патентного аналитика, а не бухгалтера и не руководителя R&D-проекта, у которого здесь очевидный конфликт интересов. Мы предполагали в прошлом выпуске, что постановление создаст новый внутренний спрос на патентно-аналитическую экспертизу. Неделя разбора это предположение скорее подтвердила: спрос есть, инструмента с единой методикой — нет.

Блок 5. Минюст США: обучение моделей — добросовестное использование

Что произошло. 1 сентября 2026 года Министерство юстиции США подало заявление о заинтересованности в объединённое разбирательство по авторско-правовым искам к OpenAI в Федеральном окружном суде Южного округа Нью-Йорка (IPWatchdog, 3 сентября; алерт Sterne Kessler).

Что заявлено. Обучение моделей на охраняемых произведениях само по себе авторское право не нарушает и в общем случае должно квалифицироваться как добросовестное использование. Обоснование — преобразующий характер: текст переводится в числовые представления, то есть используется не по назначению оригинала; проводится аналогия с Google v. Oracle, причём довод в пользу обучения признан даже более сильным. По четвёртому фактору ведомство разводит «некоторую потерю продаж» и «значимую замещающую конкуренцию» и критикует решение Kadrey v. Meta Platforms (2025) за то, что оно объединило обучение и вывод модели в одно непрерывное использование. Отдельно подчёркнуто: требование лицензировать обучающие данные создало бы барьер в пользу крупнейших технологических компаний.

Чего Минюст сознательно не касался. Двух вещей: приобретения данных (в том числе обучения на пиратских копиях) и выводов модели, воспроизводящих охраняемое выражение. Ведомство прямо ограничило заявление стадией обучения (Sterne Kessler).

Почему это важно нам. Сравните конструкции.

Российская статья 10 Федерального закона № 243-ФЗ, которую мы разбирали в выпуске №5, идёт от источника: исключение работает, если произведение получено правомерно либо общедоступно без технических ограничений доступа, и распространяется на суверенные и национальные модели. Позиция Минюста США идёт от характера использования: обучение преобразующе, следовательно добросовестно, а вопрос происхождения данных выносится за скобки.

Два подхода дают разные обязанности для владельца патентно-информационного ресурса. В российской логике решающим становится наличие технических ограничений доступа: поставили — защищены, не поставили — общедоступно. В американской логике технические ограничения не спасают на стадии обучения, зато вопрос законности получения копии остаётся открытым и, судя по формулировке заявления, именно там развернётся спор.

Наш комментарий. Держателю базы патентных документов практический вывод достаётся один и тот же в обеих юрисдикциях, и он совпадает с тем, что мы писали, разбирая иск wikiHow: значение имеет то, что вы можете доказать про доступ к вашему ресурсу. Технические ограничения плюс журналы обращений — минимальный комплект. Заметим также, что заявление Минюста — позиция стороны в процессе, а не судебное решение; ряд комментаторов на этой же неделе указывал на потенциальный конфликт интересов ведомства, и мы этот довод приводим как существующий в дискуссии, не проверяя его по первоисточникам.

Блок 6. Короткой строкой

8 сентября вышел разбор проблемы, у которой пока нет решения: как исправлять состав авторов в изобретениях, созданных с помощью ИИ. По 35 U.S.C. § 256 исправление требует участия всех заинтересованных лиц, а по делу Fortress Iron, LP v. Digger Specialties, Inc. патент с неверно указанным составом авторов, который невозможно исправить, недействителен. Промпты и выводы модели документируют деятельность, но не замысел. Рекомендация — вести записи одновременно с работой: письменные заявления о замысле с датами и именами, обоснование отклонённых альтернатив, разграничение вклада ИИ и человека, контакты всех участников, включая подрядчиков (IPWatchdog).
9 сентября в подкасте IPWatchdog Unleashed обсудили новое поле патентных споров — центры обработки данных для ИИ. По словам Хилари Престон (Vinson & Elkins), за лето подано не менее четырёх исков по патентам на энергосистемы для ЦОД, отдельно консолидируется разбирательство по системам охлаждения; операторы получают претензии из-за компонентов, которые поставили третьи лица. Тезис прямой: «у центров обработки данных есть деньги и финансирование, что делает их идеальной мишенью для патентообладателей» (IPWatchdog).
9 сентября Евразийское патентное ведомство и Агентство интеллектуальной собственности Азербайджана подписали меморандум о сотрудничестве в области патентного поиска и экспертизы; 4 сентября стартовала стипендиальная программа ЕАПВ 2026–2027 на пять мест для сотрудников национальных ведомств государств — участников ЕАПО (Новости ЕАПВ).
Для тех, кто пропустил, и это меняет чтение прошлого выпуска. 4 августа 2026 года Anaqua объявила о приобретении Unified Patents — компании, которая по членской модели (свыше 300 участников, 14 лет данных, около десятка технологических зон) выявляет и оспаривает слабые патенты NPE (The Patent Lawyer). В выпуске №4 мы приводили Unified Patents среди противников правила USPTO о раскрытии реальных бенефициаров при переэкспертизе — и не отметили, что к моменту подачи комментариев компания уже входила в состав вендора систем управления ИС. Отмечаем сейчас.
7 сентября Роспатент опубликовал материал о международной конференции «Интеллектуальная собственность в экономике будущего», 4 сентября — анонс нового номера экспертного дайджеста «ОПОРЫ РОССИИ» (продолжение сюжета из выпуска №4), 9 сентября — материал под заголовком «Малый и средний бизнес сохраняет высокую заявительскую активность в 2026 году». Все три — по заголовкам поисковой выдачи: сайт ведомства не отдаётся нашему инструменту сбора, содержание требует сверки.
16 сентября, Москва — ежегодная конференция «Интеллектуальная собственность. Лучшие практики управления и защиты» из календаря Роспатента (по заголовку страницы мероприятий, см. техническую оговорку).
29 сентября, Женева — полная презентация Глобального инновационного индекса 2026, гибридный формат (WIPO).

Выводы

Описание перестало быть фоном формулы, и это меняет технику чтения документа. После G 1/25 описание и чертежи всегда участвуют в толковании, а правки описания остаются в деле как свидетельство объёма притязаний. Оценка чужого патента по одной формуле стала методически неполной — притом что автоматические системы ранжируют именно по формулам и рефератам.
Качество предварительного исследования получило измеримую цену. В деле Viavi суд признал дело исключительным, отметив в числе оснований отсутствие должной осмотрительности при досудебном исследовании: продукт можно было купить и разобрать, но истец опирался на «корпоративную разведку». Запрошено 826 654 доллара, отсчёт издержек — с даты, когда истец получил опровергающее доказательство и не отреагировал.
Рейтинг кластеров ВОИС измеряет встроенность в три канала, а не изобретательность. Заявки PCT, международные публикации и венчурные сделки — всё, что считается машиной и завязано на международную инфраструктуру. Для России, переориентировавшей подачу на евразийский контур, этот показатель по построению занижен, и делать из него выводы об инновационной активности некорректно.
К_УГТ — второй коэффициент постановления № 654, который считает плательщик. Действуют минимум четыре методики определения уровня готовности технологии, включая утверждённую постановлением № 1552, две редакции ГОСТа и порядок Минобрнауки с самооценкой через ЕГИСУ НИОКТР; шкалы расходятся (0–9 против 1–9) ровно в той зоне, где коэффициент меняется с 0,3 на 0,7. До появления разъяснений защищает только внутренний регламент с явно названной методикой.
Обучение моделей регулируется с двух разных концов, и владельцу базы нужны оба комплекта доказательств. Российская конструкция отталкивается от источника и технических ограничений доступа, американская — от преобразующего характера использования, оставляя вопрос происхождения данных открытым. Пересечение двух подходов даёт один практический минимум: технические ограничения плюс атрибутируемые журналы обращений.

В следующем выпуске: обещанный разбор OSINT-парсинга — почему системы, собирающие базу из открытых источников, полезны исследователю, но не годятся для заключения о патентной чистоте. Плюс возвращаемся к рейтингу кластеров ВОИС после публикации полного отчёта 29 сентября: смотрим, осталась ли Москва в первой сотне и что там с методикой по странам вне триады.

А пока вопрос к коллегам: в вашем отчёте о патентной чистоте различаются формулировки «исследован документ», «исследовано описание продукта» и «исследован сам продукт» — или всё это идёт одной строкой? Ответы ждём в комментариях.

Дайджест подготовлен на основе открытых источников; тексты переработаны, фактура сопровождается ссылками на первоисточники. Оценки без ссылок — аналитическое мнение редакции. Технические оговорки: сайт rospatent.gov.ru не отдаётся нашему инструменту сбора (запрет в robots.txt / ошибка проверки цепочки сертификата), поэтому материалы Роспатента от 4, 7 и 9 сентября и календарь мероприятий приводятся по заголовкам поисковой выдачи и требуют сверки на сайте ведомства. Полный список ста кластеров ВОИС за 2026 год нашему инструменту не открылся — позиция Москвы не подтверждена и не опровергнута. Официальный текст Постановления Правительства № 654 нам по-прежнему открыть не удалось; расхождение по сроку первичной выплаты (два месяца против трёх) остаётся неразрешённым. Итоговая сумма издержек по делу Viavi в решении не названа — приводим сумму, заявленную ходатайством. Прямая нормативная связь между постановлениями № 654 и № 1552 нами не подтверждена: оба документа приведены в одном разборе юридической фирмы, взаимной отсылки в открытых источниках мы не нашли.

патентные исследованияпатентная аналитикаискусственный интеллектЕПВуровень готовности технологиипатентная чистотаВОИСслужебные изобретения

← Все материалы